Вы здесь

Фото:
REUTERS/Philippe Wojazer

30 ноября 2015 г. практически все мировые лидеры съезжаются в Париж, чтобы договориться о новом международном соглашении по изменению глобального климата. ХХI Конференция сторон Рамочной конвенции ООН по изменению климата (COP21) призвана стать площадкой для выработки универсальных для всех стран-участниц обязательств, которые позволили бы остановить глобальное потепление на уровне не более чем на 2C выше по сравнению с доиндустриальным периодом. Большинство ученых сходятся на том, что этот порог имеет критическое значение, поскольку его превышение приведет к необратимым катастрофическим последствиям для всей планеты.

Вопрос об изменении климата стал одним из ключевых на международной повестке и обсуждается не только на платформе Рамочной конвенции ООН по изменению климата. В последнее время его поднимали на всех крупнейших многосторонних форумах, включая Генеральную Ассамблею ООН, саммиты БРИКС, «Группы двадцати» и АТЭС. Для Европейского союза, Соединенных Штатов и Японии проблема изменения климата уже превратилась в угрозу национальной безопасности. На официальном уровне российское правительство также признает наличие такой угрозы, но пока не предлагает политических мер для ее нейтрализации.

Конференция по изменению климата — самое масштабное международное мероприятие за всю историю Франции. На переговоры в парижском пригороде Ле-Бурже едут более 40 тысяч делегатов из 195 стран и не менее 100 глав государств — президент США Барак Обама, председатель КНР Си Цзиньпин, британский премьер Дэвид Камерон и глава правительства Индии Нарендра Моди. Приезд президента России Владимира Путина был недавно объявлен премьер-министром Франции Лораном Фабиусом и затем подтвержден помощником российского президента Юрием Ушаковым.

Форум — «последняя реальная попытка» упредить опасные последствия, возникающие в результате климатических изменений.

Теперь внимание всего мирового сообщества приковано к XXI Конференции, которую считают кульминацией продолжительного по времени и многовекторного дипломатического процесса, направленного на подготовку универсального соглашения для замены Киотского протокола.

Значение Конференции возрастает из-за постоянного роста ущерба природной среде и национальным бюджетам. Форум — «последняя реальная попытка» упредить опасные последствия, возникающие в результате климатических изменений. А коль скоро грядущие беды природного свойства все теснее примыкают к традиционным внешнеполитическим приоритетам, переговоры по климату становятся еще более весомой дипломатической площадкой.

В частности, парижский саммит открывает перед Россией прекрасную возможность восстановить отношения с ЕС и США после явно затянувшегося периода напряженности, вызванного ситуацией на Украине и последовавших за ней санкций. Россия способна заметно повысить свою роль в переговорах по климату и стать одним из ключевых игроков на Конференции за счет взвешенной и острожной дипломатии и демонстрации готовности к выработке более добросовестного подхода к формированию политики в области смягчения последствий от изменения климата. На фоне дипломатических достижений по Ирану и Сирии переговоры по климату вполне способны сблизить Москву, Брюссель и Вашингтон на базе вновь обретенных общих интересов.

Надо держать свое слово

За последние двадцать лет характер дипломатии в области изменения климата существенно изменился. Вместо директивных указаний Киотского протокола первую скрипку стали играть инициативы национального уровня. Недавно Грентемский институт по изучению изменения климата и окружающей среды совместно с международной парламентской организацией GLOBE International провели исследование законодательств 99 стран, выбрасывающих в атмосферу 93 процента от общего объема парниковых газов, которое показало, что к концу 2014 г. в части изменения климата принято 804 закона и постановления. Прогресс поистине впечатляет, поскольку в 1997 г. этот показатель составлял всего 54, а в 2009 г., т.е. в год заключения Копенгагенского соглашений по климату — 426 аналогичных документов. Такая тенденция свидетельствует о том, что ведущие участники международного диалога по климату способны предложить внятные стратегии для снижения объема выбросов парниковых газов на базе своих собственных амбициозных программ.

Кроме того, если прежде США вызывающе отвергали проблему глобального потепления как таковую и подвергались жесткой критике за выход из Киотского протокола, то теперь они обязуются сократить эмиссию парниковых газов к 2025 г. на целых 17 процентов относительно уровня 1990 г. Вашингтон также заключил целый ряд двусторонних соглашений по климату, в том числе с Китаем — главным загрязнителем атмосферы углекислым газом, а также с Индией, которая занимает по этому показателю четвертое место в мире. Представляется, что на парижском саммите, да и после его завершения, активное участие американцев в дипломатическом процессе по вопросам климата способно повлиять и на традиционных скептиков, список которых возглавляют Канада, Австралия и Россия.

Россия способна заметно повысить свою роль в переговорах по климату и стать одним из ключевых игроков на Конференции за счет взвешенной и острожной дипломатии и демонстрации готовности к выработке более добросовестного подхода к формированию политики в области смягчения последствий от изменения климата.

В международном дискурсе по изменению климата Россия пока занимает выжидательную позицию, а ее предложения по сокращению выбросов, как и меры национального уровня, откровенно скромны. Накануне Конференции Москва обязалась снизить эмиссию парниковых газов на 25–30 процентов к 2030 г. по сравнению с уровнем 1990 г. Россия строго уложилась в сроки по предоставлению «предполагаемых национально определяемых вкладов» и, более того, сделала это в первых рядах, продемонстрировав добрую волю. Хотя по масштабам обязательства Москвы не впечатляют, Climate Action Tracker, международный научный консорциум, специализирующийся на вопросах климата, приходит к выводу, что осуществляемые в России мероприятия вполне достаточны для выхода на обещанные к 2030 г. уровни.

Более того, установленные Москвой показатели также учитывают поглощение двуокиси углерода российскими бореальными лесами. Британский портал по природоохранной тематике Carbon Brief утверждает, что для снижения эмиссии углекислого газа на 500 млн тонн в год России достаточно грамотно вести лесное хозяйство, поскольку эта цифра соответствует способности лесов к естественному поглощению углерода.

Ко всему прочему, выполнение обязательств по "предполагаемым вкладам" зависит от результатов парижской Конференции и обязательств остальных ведущих стран-эмитентов углерода. Получается, что Россия не проявляет явной решимости бороться с глобальным потеплением на национальном уровне. Поэтому с учетом общей тенденции к самостоятельным действиям стран-участниц такой подход чреват для нее репутационными издержками.

От разговоров к делу

В России достаточно популярно мнение, что изменение климата пойдет стране на пользу — зимы станут короче, улучшатся условия для сельского хозяйства и освоения нефтегазовых запасов в Арктике. Если российское гражданское общество полностью не придает особой важности процессам изменения климата, то правительство страны осознает угрозы национальной экономике и безопасности в целом. Более того, Росгидромет признает, что метеорологические явления могут участиться и повысить свою интенсивность, нанося ущерб сельскому хозяйству, строительству и инфраструктуре. Поэтому власти активно разрабатывают соответствующие планы действий и законы, направленные на повышение энергоэффективности и модернизацию энергетического сектора.

«Климатическая доктрина Российской Федерации», утвержденная президентом страны в 2009 г., стала важным этапом в выработке стратегии России в области смягчения последствий от глобального потепления. Этот документ служит ориентиром для разработки законов в области климата, подчеркивая стремление к сотрудничеству с международным сообществом в вопросах глобального потепления. В 2013 г. был принят указ о сокращении выбросов на 25 процентов к 2020 г. от уровня 1990 г., а в марте 2014 г. принят план действий для достижения намеченной цели. Более того, была поставлена задача увеличить долю электроэнергии от возобновляемых источников (за исключением ГЭС мощностью выше 25 мегаватт) до 1,5 процентов в 2010 г., 2,5 процентов в 2015 г. и 4,5 процентов в 2020 г. Правда, Россия не смогла выйти на промежуточные показатели в 2014 г. и скорректировала планы, сократив свои амбиции по воспроизводимым источникам энергии к 2020 г. до 2,5 процентов.

В международном дискурсе по изменению климата Россия пока занимает выжидательную позицию, а ее предложения по сокращению выбросов, как и меры национального уровня, откровенно скромны.

В России также вышел целый ряд законов, которые напрямую не связаны с вопросами климата, но при этом способствуют сокращению выбросов парниковых газов. К таким мерам можно отнести федеральные и региональные программы, а также нормы и правила в сфере энергосбережения и энергоэффективности. В 2009 г. вышел правительственный указ о чрезмерном сжигании попутного газа, который, начиная с 2012 г., предусматривает штрафы, если объем сжигаемого газа превышает пять процентов от общего объема или оператор не обладает измерительными приборами. Все это — конструктивные политические инициативы, недвусмысленно указывающие на готовность России повысить свой статус на международных переговорах по климату через ужесточение профильного внутреннего законодательства. Несомненно, выполнение введенных норм и правил требует самого жесткого контроля.

Следует отметить, что политика в области климата других крупных стран в значительной мере определяется экономическими соображениями. Например, ЕС ведет дело к переходу на возобновляемые источники, чтобы достичь энергетической самодостаточности. Если же говорить о сокращении эмиссий от сжигания ископаемого топлива в России, то экономический стимул для принятия мер по смягчению последствий представляется ничтожным, в результате чего не появляется и политическая воля. В результате, политика России в сфере изменения климата фрагментарна и лишена амбиций. Тем не менее повышение «предполагаемого вклада» и принятие сбалансированного пакета крупных реформ, прежде всего в области энергоэффективности и модернизации инфраструктуры, представляется экономически оправданным шагом, который сулит дивиденды национального и международного масштаба.

На общей платформе

Было бы ошибкой преуменьшать роль России на Конференции по климатическим изменениям. Страна — один из крупнейших эмитентов углерода, обладает прочной переговорной позицией, а также представлена на форуме высокопрофессиональными дипломатами и поэтому вполне способна обеспечить принятие соглашения или сорвать его. Вспомним, как в 2004 г. Москва ратифицировала Киотский протокол и тем самым дала жизнь договору, хотя самые главные загрязнители атмосферы американцы, предпочли его не подписывать.

Политика России в сфере изменения климата фрагментарна и лишена амбиций.

Кроме того, Россия наряду с США, Канадой, Австралией и Японией традиционно входит в состав Зонтичной группы. Россия в рамках БРИКС поддерживает тесные связи с Китаем, а в преддверии парижского саммита Москва и Пекин сформировали совместную рабочую группы по «развитию и изменению климата». Таким образом, Россия занимает на Конференции уникальную нишу между развитыми и развивающимися странами и в принципе способна стать эффективным посредником, существенно повысив свое значение на дипломатической ниве. Ведь большая часть разногласий на переговорах по климату возникает именно по глобальному водоразделу Север-Юг в поисках денег и виновных в эмиссии парниковых газов.

Более того, позиция России относительно желательного исхода Конференции полностью совпадает с намерением ЕС добиться универсального и юридически обязывающего соглашения. По другую сторону стоят США, которые выступают против подписания такого жесткого документа. Конференция в Париже открывает для стран-участниц последнюю возможность объединиться в борьбе с потеплением климата, поэтому ставки высоки. В этих условиях Россия получает шанс наладить тесное взаимодействие с ЕС и повлиять на позицию США, чтобы определить исход Конференции. Такое сотрудничество в климатической дипломатии могло бы сблизить стороны и создать предпосылки для восстановления доверия между Россией и Западом.

Владимир Путин едет в Париж, где он может встретиться со своими коллегами из США, Европейского союза, Китая, Индии и других стран. После саммита «Группы двадцатки», на котором лидеры России и США провели приватные переговоры, Барак Обама заметно смягчил свои оценки российской внешней политики, а парижский форум мог бы способствовать дальнейшему потеплению сложных отношений. Отметим, что в отличие от прочих мировых проблем, в вопросе об изменении климата все страны мира стоят на одной стороне и едут в Париж, чтобы сделать одно общее дело. Конечно, разногласия по поводу путей решения задачи налицо, однако общая атмосфера предполагает не конфронтацию, а сотрудничество.

***

В последние годы Россия не проявляла на международных переговорах по климату повышенной активности, однако перед Конференцией предстала игроком, готовым заняться активной дипломатией. Так что, похоже, что Владимир Путин и российская делегация получат возможность наладить сотрудничество с мировыми лидерами, а Россия — в какой-то степени смягчить отчуждение в ее отношениях с Западом.

В отсутствие экономических стимулов и политической воли внутренний курс России в области изменения климата по-прежнему невнятен, тогда как преобладающие тенденции в сфере климатической дипломатии имеют как раз внутреннее происхождение, которое и определяет эффективность позиции любого актора на переговорах по климату. В этой связи только постановка более высоких целей, а также выработка жестких мер и контроль над их выполнением дадут России возможность продемонстрировать решимость в противодействии угрозам, проистекающим от климатических изменений.

Автор: 
Алина Яблокова
Источник: 
http://russiancouncil.ru/inner/?id_4=6910#top
Категория: